Уже второй чемпионат Украины проходит под эгидой Профессиональной хоккейной лиги. Грядет ли возрождение отечественного хоккея?
Автор: Михаил Назаренко
Дата: 09/11/12 09:10
 
Ю. Загородний (Фото: Бульвар Гордона)
Болеете ли вы, нынешние любители спорта, за украинский хоккей так, как болели за него поколения 60-80-х? В те памятные времена киевский «Сокол» составлял серьезную конкуренцию московским суперклубам и в 1985 году завоевал бронзовые медали чемпионата Советского Союза. Дворец спорта, где проходили его матчи с легендарными соперниками, собирал полные трибуны. А многомиллионная армия украинских хоккейных болельщиков смотрела игры по телевизору.

Увы, за годы независимости черная туча нависла над нашим хоккеем. Клубы испытывали финансовые трудности. Игра команд мало чем радовала. Украинская национальная сборная скатилась в группу «Б» — ниже некуда.

За возрождение этой искрометной игры в Украине взялись серьезные предприимчивые люди. 25 июля прошлого года стало днем рождения Профессиональной хоккейной лиги Украины. Вот уже второй год под ее крылом проводится чемпионат страны. Смотреть хоккейные матчи становится все интереснее.

Один из лучших клубов, двукратный чемпион Украины — «Донбасс» (Донецк) — дерзнул выступать в элитной Континентальной хоккейной лиге (КХЛ), и болельщики увидят игры этой команды с прославленными московскими клубами ЦСКА, «Спартак», «Динамо», а также со СКА (Санкт-Петербург), «Динамо» (Минск), «Слован» (Братислава), «Лев» (Прага), «Динамо» (Рига)... Будет на что и на кого посмотреть!

Возглавил ПХЛ Юрий Загородний, в недавнем прошлом — первый заместитель главы Администрации Президента Украины Леонида Кучмы. С 2007 года возглавляет СДПУ (О) — Социал-демократическую партию Украины (объединенную). Кандидат педагогических наук. За заслуги перед Украинской Православной Церковью награжден орденами князя Владимира и Георгия Победоносца.


«ДРУГ ПОСОВЕТОВАЛ: «ЮРА, СБРЕЙ БОРОДУ! УВИДИШЬ, У ТЕБЯ ДЕЛА ПОЙДУТ В ГОРУ»

— Юрий Иванович, простите, но я вас с пяти метров не узнал без бороды...


— Не только вы, сначала никто не узнавал. Как-никак я 31 год с ней проходил. Офицерам флота во все времена разрешалось носить бороду. На корабле, где я служил, один лейтенант воспользовался этим правом. Я посмотрел на него и решил: после службы тоже отращу. Родители отговаривали: «Зачем тебе борода?». Но смирились.

— Комсомольская организация не вразумляла?

— Я демобилизовался членом партии.

— Потом из нее вышли?

— Не совсем так. В 89-м, когда начался распад Советского Союза и пошел процесс демократизации, я работал директором школы в поселке Гребенки на Киевщине. Многие учителя тогда сдали партбилеты. Я остался один. Поскольку партийная организация в школе прекратила свое существование, меня должны были решением райкома партии прикрепить к другой. Но про «последнего бойца» просто забыли, спохватились примерно через год. Однако я сказал: «Извините, если я оказался вам не нужен, то согласно уставу уже выбыл из членов партии».

— Зачем же вы сбрили бороду? Не журналисты ли вас вынудили, которые говорили, что бородатое лицо политика производит впечатление закрытости и неискренности?

— Нет, ваши коллеги тут ни при чем. Как-то пришел к другу, с которым меня связывает не один год жизни, за советом. Он слушал, слушал про мои проблемы и вдруг говорит: «Юра, сбрей бороду! Увидишь, как у тебя дела пойдут в гору». И вы знаете, так и случилось. Конечно, не потому, что расстался с бородой (смеется), тем не менее совпало.

— Очевидно, это связано с Профессиональной хоккейной лигой Украины? Как родилась идея ее создания?

— Идея эта не новая, она давно обсуждалась среди специалистов хоккея и игроков. Кроме предварительных разговоров с вице-премьером Борисом Колесниковым, я встречался со многими известными украинскими игроками — Дмитрием Христичем, Вячеславом Завальнюком, Юрием Гунько, Александром Годенюком... Когда Алексей Житник узнал, что в Украине создается ПХЛ, он прилетел из Америки в Киев, мы встретились, и он спросил: «Юра, это серьезно? Это будет?». Я сказал: «Получится — хорошо, не получится — все равно будем этим заниматься. Не получится сегодня — получится завтра».

Помогали советами Костя Касянчук (воспитанник украинского хоккея, лучший хоккеист Украины 2010, 2012 годов) и президент Федерации хоккея Украины Анатолий Брезвин.

— Кто опекает, финансирует клубы, выступающие в ПХЛ?

— «Донбасс» — вице-премьер-министр Борис Колесников. «Сокол» (Киев) — Сергей Тарута, бизнесмен, входит, как минимум, в первую десятку богатейших людей Украины. «Беркут» (Киев) — Давид Жвания, известный украинский предприниматель и политик. К хоккейному клубу «Компаньон-Нефтегаз» (Киев) имеет отношение Юрий Бойко, министр топлива и энергетики Украины (он играет в хоккей на любительском уровне). «Динамо» (Харьков) — губернатор области Михаил Добкин и мэр города Геннадий Кернес. «Львы» (Львов) — Игорь Чуркин, один из главных акционеров Львовского автобусного завода. «Белый Барс» (Белая Церковь) — Константин Ефименко, первый заместитель министра инфраструктуры Украины.

Мы приглашаем в хоккей людей из мира бизнеса. Надо, чтобы они поверили: хоккей — стоящее дело, не только спортивное явление, но и важная социальная составляющая, которая может приносить политические дивиденды. Пример тому — президент России Владимир Путин. В тот день, когда состоялась его инаугурация в Кремлевском дворце, после встречи с патриархом Кириллом третьим пунктом программы был хоккей. На сегодняшний день именно эта игра, а не футбол — спорт номер один в России.

Хоккей может стать национальным брендом, который объединит Украину. Но для этого надо создать клубы в большинстве областей. И если в ПХЛ соберутся хотя бы 12 команд, это будет сильный чемпионат.

— Когда я шел на встречу с вами, впервые за много лет неожиданно стал напевать популярную в былые времена хоккейную песню: «Звонкий лед... Шайба рвется от ворот в полет. Путь один у нас — всегда вперед!..». И припев: «Вьется над нами ветер, как флаг, ветер, как флаг! Мы пишем коньками песни атак!». Достаточно ли у нас в стране звонкого льда, чтобы расписывать на нем коньками песни атак?

— Недостаточно для того, чтобы хоккей развивался так же интенсивно, стремительно, как в России и в других странах Европы, где проводятся полноценные чемпионаты. В 2007 году, во время премьерства Виктора Януковича, была принята государственная целевая программа «Хоккей Украины», но через месяц сменилось правительство, и она была практически свернута. До 2010 года появилось всего два катка — в Херсоне и в Калуше Ивано-Франковской области.

И только с 2010 года, по существу, эта программа снова начала выполняться. Появились новые катки не только в Донецке, но и в Днепропетровске, в Харькове, в Киеве. Строятся они в Севастополе, в Луганске, в Кривом Роге, в Белой Церкви. Но это тренировочные катки — для занятий детско-юношеских школ они подходят, но для профессиональной команды 500 мест на трибунах маловато, необходимо хотя бы три-пять тысяч.

Катастрофически не хватает льда в Киеве. 20 лет Дворец спорта использовался не по назначению. Там иногда проводила игры сборная, но чаще она выступала в Броварах, в торговом центре «Терминал», где хорошая ледовая арена на полторы тысячи зрителей. Есть каток спортивного комплекса «АТЕК», но там надо делать капитальный ремонт. На тренировочном катке «Авангард» идет реконструкция, но очень медленно.

Это крайне мало для детско-юношеских спортивных школ, которые сохранились еще со времен Союза («Сокол» и «Крыжинка») и воспитали известных во всем мире мастеров — олимпийского чемпиона Алексея Житника, чемпиона мира Дмитрия Христича, обладателя Кубка Стэнли Руслана Федотенко... Мало для детей, а о профессионалах даже речь не идет.

После того как Борис Колесников стал президентом хоккейного клуба «Донбасс», в Донецке построено два тренировочных катка, реконструирован Дворец спорта «Дружба», где число мест увеличено до 4100. И когда там проходят игры, трибуны заполнены. Это говорит о том, что у нас есть интерес к хоккею. По инициативе Бориса Викторовича также создан телеканал «Хоккей», который транслирует игры ПХЛ и КХЛ.

«СУЩЕСТВУЮТ «БЕЛЫЕ» КОНТРАКТЫ — 5-10 ТЫСЯЧ ГРИВЕН, А ТАКЖЕ «ЧЕРНЫЕ» — 5-10 ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ, КОТОРЫЕ ПХЛ НЕ КОНТРОЛИРУЮТСЯ»

— Почему в ПХЛ выступает так мало клубов — семь, да и из тех три — киевские?


— Хотелось бы создать еще три-четыре команды, но, помимо проблем с ледовыми аренами, не хватает украинских хоккеистов. Многие клубы комплектуются за счет легионеров. Например, в прошлом сезоне их выступало процентов 40. В новом сезоне из 188 хоккеистов, включенных в заявочные списки, легионеров — 75.

— Есть для них какие-то ограничения?

— В регламенте прописано, что каждый клуб может бесплатно заявить на сезон 10 легионеров (в прошлом чемпионате лимит был — семь). А за каждого последующего надо платить. Это немножко сдерживает руководство клубов. Минувший сезон показал, что они научились считать деньги.

— Сколько легионеров может появиться на поле?

— Сколько захотят, столько и поставят.

— Это правильно?

— В нынешних условиях — да. Наша задача — сделать чемпионат сильным. Чтобы была интрига. Чтобы болельщик ходил на игры, смотрел матчи по телевизору. В условиях борьбы, конкуренции украинские хоккеисты будут повышать свое мастерство. И это скажется на игре сборной.

— Легионеры — не второразрядные игроки?

— Клубы стараются подбирать хороших исполнителей. Из России вернулся Александр Сеуканд, всю жизнь проработавший в «Соколе». Он возглавил тренерский штаб киев­ского клуба «Компаньон-Нефтегаз», ко­торый проводит качественную транс­фер­ную политику. Пригласили игроков, на ко­торых начал ходить зритель, — вратарь Сергей Завьялов, нападающие Иван Хомутов, Армандс Берзиньш...

Играл за «Львов» американец — перспективный 20-летний вратарь Райан Донован. Сейчас он выступает за фарм-клуб НХЛ. Константин Касянчук, бывший игрок киевского «Сокола», заключил контракт с московским «Динамо». Для него это перспектива, рост. Прошлый сезон играл за «Сокол» Андрей Николишин, россиянин с украинскими корнями — он со Львовщины. Чемпион мира и Олимпийских игр, 10 лет выступал в НХЛ за «Вашингтон», «Чикаго» и «Каролину». В играх плей-офф получил травму, сейчас проходит курс реабилитации. Дальнейшая судьба зависит от него самого. Мы всегда рады будем видеть его в нашей лиге.

— «Сокол», как и «Донбасс», мог бы играть в КХЛ?

— Для того чтобы создать команду уровня КХЛ, нужны серьезные капиталовложения. Так же и для того, чтобы выступать в Высшей хоккейной лиге (второй по значимости турнир). В прошлом году в ВХЛ играл «Донбасс», дошел до полуфинала. Это очень хороший результат. Любая украинская команда, имея достаточный бюджет, может сегодня играть в российском чемпионате. Но заявить о себе мало, нужно не быть в отстающих.

— Еще в начале прошлого года хоккеисты киевского «Сокола» направили открытое письмо Президенту Украины Виктору Януковичу, премьер-министру Николаю Азарову и президенту ФХУ Анатолию Брезвину, где, к примеру, говорилось, что они по нескольку месяцев не получают зарплату и находятся в долговой яме. Сегодня такие факты возможны?

— К сожалению, не исключены. Для того чтобы их не было, мы должны поступать так, как принято во всем цивилизованном мире. Нужны прозрачные контракты. А у нас как делается? Существуют, как сами хоккеисты говорят, контракты «белые» и «черные». В «белом», под которым ставит подпись игрок и который предоставляется в ПХЛ, указывается минимальная заработная плата. Но есть еще «черный», который нигде не показывают. И там прописана заработная плата совсем другая. Это уже личная договоренность игрока с владельцами клуба. Если хоккеист соглашается на «черный» контракт, ПХЛ контролировать его исполнение не может, мы отвечаем только за «белый». Я не говорю, что везде так, нет, Боже упаси! Но в некоторых клубах это практикуется.

— Какие примерно суммы значатся в этих контрактах?

— В «белом» контракте, естественно, суммы небольшие — 5-10 тысяч гривен. А в «черном» — 5-10 тысяч долларов.

— Сравните с зарплатами игроков НХЛ...

— У нас в десятки, а то и в сотни раз меньше. К примеру, если верить прессе, контракт россиянина Ильи Ковальчука чуть ли не 70 миллионов долларов в год.

— В НХЛ объявлен локаут (приостановка матчей до подписания нового коллективного соглашения между НХЛ и профсоюзом игроков), и у таких звезд НХЛ, как Руслан Федотенко, Алексей Поникаровский и Антон Бабчук, которые родились в Киеве, появилась возможность поиграть за «Донбасс». Сколько они будут получать у нас?

— Не знаю и, честно говоря, не хочу знать. Потому что это касается личной договоренности каждого хоккеиста с руководством клуба.

— Видимо, такая информация должна быть сокрытой, чтобы игроки, сравнивая свои зарплаты, не считали чужих денег и не говорили: «А чем я хуже?»...

— В принципе, да. Нормальная мировая практика. Считаю, что это правильно. Контракт составляется, исходя из способностей, полезности игрока. Оправдывает он ожидание — молодец! Нет — ему скажут: «До свидания, ищи другое место работы».

— А если возникает конфликтная ситуация?

— У нас есть арбитражный комитет, куда хоккеисты могут обращаться для решения всех вопросов. Но необходимо также создать профсоюз хоккеистов. Инициаторами должны быть сами игроки. Идея эта сейчас обсуждается.

Смотрите, что происходит в НХЛ. Начало сезона затягивается. Идут переговоры между руководством лиги, владельцами клубов и профсоюзами. Профсоюзы не соглашаются с ограничениями заработной платы игроков, которые предложила лига, с распределением доходов. Так уже было несколько лет назад. А в КХЛ все благополучно, чемпионат начался.

— Кто больше терпит убытков от локаута?

— Хоккей в первую очередь, а потом уже — клубы и хоккеисты.

— С какими звездами мирового хоккея вы общаетесь?

— Сейчас почти каждый день встречаюсь с Дмитрием Христичем, который работает в структуре ПХЛ. Это умный, образованный человек. Когда я его в первый раз увидел, смотрел на него с восхищением. Потом как-то идем мы с ним по «Терминалу» в Броварах. Я ему говорю: «Дмитрий Анатольевич, как-то интересно получается. Ты — звезда мирового хоккея. А все, проходящие мимо, — смотри, сколько людей! — не знают, какой выдающийся спортсмен среди них». Он смутился: «Ну что ж поделаешь?». Так сложилась жизнь, судьба, что он 12 лет играл в НХЛ, и его в Америке узнают в лицо, а здесь — нет.

Или вот Алексей Житник. Тоже звезда. У меня с ним очень хорошие отношения. И хотя он живет в Америке, мы все время созваниваемся. Его жена — моя землячка, из Гребенок. И Алексей каждое лето приезжает к родичам. Там я его впервые увидел, но подойти тогда постеснялся. Это было давно... То же самое — Андрей Николишин. С этими людьми интересно поговорить. Не перестаешь восхищаться тем, как блистательно сложилась у них спортивная карьера.

— На досуге вы регулярно выходите на каток, чтобы погонять шайбу. А в каком состоянии любительский хоккей сейчас в Украине?

— В последние два десятилетия сложилась парадоксальная ситуация: любительский хоккей в стране развивался, а полноценного профессионального чемпионата Украины не было. Подсчитали, что у нас 293 любительские команды. Определяются чемпион Украины и обладатель Кубка.

— За какую команду играете вы?

— За «Рось» (Белая Церковь), которая выступает в Ночной хоккейной лиге Киева, и за «Арсенал» — Аматорская хоккейная лига столицы.

«ПРОТИВ МЕНЯ ОТКРЫЛИ ДВА УГОЛОВНЫХ ДЕЛА ЗА ЯКОБЫ ПРЕВЫШЕНИЕ ПОЛНОМОЧИЙ. УЖЕ ПРИЕХАЛИ АРЕСТОВЫВАТЬ...»

— Ночная хоккейная лига — звучит необычно. Вы что, ночью играете?


— Она существует не только в Киеве, но и в Москве. Кстати, Владимир Путин играет за одну из команд Ночной хоккейной лиги. Матчи могут начаться в восемь, в девять, в 10 вечера. А как-то на «Крыжинке» всю ночь играли. Помню, приехали ребята из Луцка (у них тогда не было своего катка), в три часа ночи вышли на лед, отыграли и уехали домой.

— Кто вы по своему амплуа?

— Нападающий — и справа, и слева. Со мной в одной пятерке играет сын Максим. Он — защитник.

— Как вы приобщились к хоккею? Да еще сына приохотили...

— Я дружу с клюшкой с детства. И сын мой тоже с детства катается на коньках. Выходил на лед за Киевский университет имени Тараса Шевченко, где учился на историческом факультете. Будучи директором школы, постоянно играл со своими учениками. А вот когда работал в Администрации Президента, было уже не до хоккея. С 1995-го по 2005 год практически на коньки не становился. И тем более когда у меня началась вынужденная эмиграция...

— Что произошло?

— В свое время я был первым заместителем главы Администрации Президента Украины. Подал в отставку 21 января 2005 года, за сутки до инаугурации Виктора Ющенко. Потому что считал, что меня должен уволить тот Президент, который на эту должность назначал. Под указом о моем увольнении стоит подпись Леонида Кучмы.

В общем, я считался врагом «помаранчевой» власти, и против меня открыли два уголовных дела за якобы превышение полномочий. Уже прибыли арестовывать, но опоздали.

Я уехал на юг Украины, потом (нелегально) — в Россию, дальше — в Италию и снова в Россию. А вернулся в Украину, когда стал первым, кто выиграл суды у власти Ющенко. У меня на руках есть письмо за подписью генерального прокурора о том, что все уголовные дела против меня закрыты, так как в моих действиях не было и нет состава преступления.

Проблемы были и у моего сына. Он работал в УБОПе Киевской области (Управление по борьбе с организованной преступностью МВД. - Авт.). После того как господин Луценко стал министром, мой сын был в числе первых, уволенных из милиции.

— С политикой закончили?

— Это невозможно! Но есть активное участие в политике, есть — пассивное. Я последние два года сосредоточился на хоккее и от политики немножко отошел в сторону. Наблюдаю как бы со стороны.

— Помните, как вы несколько лет назад сказали: «Внешность в угоду какой-либо конъюнктуре менять не собираюсь, так же как и свои политические убеждения»? Тем не менее бороду сбрили. А как дела с убеждениями?

— Борода — дело наживное. А принципами своими я не торговал и не торгую.

— И после всего пережитого вам снова захотелось взять в руки клюшку?

— Как-то смотрю — сын куда-то собирается, коньки несет. Спрашиваю: «Ты куда?». — «На хоккей, на «Крыжинку». — «А мне можно?». — «Поехали». Сидел на трибуне, смотрел, как играют. Сын вышел из раздевалки, я говорю: «Максим, завтра едем покупать мне форму». И на следующую тренировку вышел вместе с ним на лед. Конечно, понадобилось время для адаптации, но навыки быстро вернулись.

— Какими репликами обмениваетесь с сыном в игре?

— Иногда он меня успокаивает: «Не надо, не заводись», а потом я ему это говорю.

— Травмы получали?

— Получал, и очень серьезные. В 10 клас­се шайбой перебили нос. Был вывих левой ключицы. А в 2007 году мне сломали левую ногу — голеностоп. Вызвали «скорую», отвезли в травмпункт. Сделали рентген. Выходит врач: «Поздравляю: у вас перелом обеих костей, смещение и раздроблена малая берцовая». Полвторого ночи. Записывает мою фамилию в журнал регистрации, поднимает голову и говорит: «А я вас знаю». — «Откуда?». — «Наслышан о вас. Вы состоите на учете в Феофании?». — «Да».

Другой врач мне сказал: «Есть два способа вашего лечения. Первый — сейчас делаем операцию, все собираем на место и ставим пластины. А второй — дедовский, вытяжка». — «А вы что рекомендуете?». — «Дедовский». — «Как рекомендуете, так и будем делать». — «Тогда вам надо серьезно набраться терпения». И я шесть недель лежал на вытяжке. А в целом на восстановление ушло девять месяцев.

— Что тогда сказала ваша жена?

— «Может быть, с хоккеем все?». Я ответил: «Нет».

— Мирится с вашей страстью к хоккею?


— Она тоже любит эту игру. Часто вместе ходим на матчи. Мы учились в одной школе, поженились 8 августа 1981 года, когда я вернулся из армии. По образованию Наташа — модельер женской одежды. Работала по специальности, потом преподавала трудовое воспитание в школе, и ее работы, подготовленные вместе с детьми, получали призовые места на разных областных конкурсах. Сейчас все силы посвятила семье. Поддерживает меня во всех делах и начинаниях.

В Гребенках, где я родился, у нас есть дом, огород — шесть соток. Картошка, помидоры, все свое. Много цветов. Смотришь — красота! Всем этим занимается моя жена и тесть Григорий Данилович, ему 73 года, дай Бог здоровья! Я только помогаю. Весну и лето больше живем в селе, а осенью и зимой — в городе.

— Сколько еще планируете выходить на лед?

— Не хочу загадывать. Сколько максимально смо­гу, столько и буду.

— Ваши увлечения?


— Люблю зимой выйти на охоту. Однажды за один раз трех кабанов положил. Рыбалка тоже мне не чужда. Люблю ездить на автомобиле — сам, без водителя. Для меня нет проблем, допустим, отправиться на игру в Харьков или в другой город. Увлекаюсь исторической литературой. Сейчас вот захотелось перечитать книги Семена Скляренко — «Свя­тослав» и «Владимир».

Еще собираю старинные иконы (вообще, я об этом мало распространяюсь). Их уже больше 50-ти. Самая старая — 1649 года, а самая молодая — 1900-го. Два этажа дома — жилые, галерею устроил в мансарде. Всегда показываю гостям. Когда поднимаешься туда, как-то легче дышится.

В Гребенках есть церковь. Многое из того, что внутри, — благодаря моей семье. Горжусь этим. Мы два раза в год — на Пасху и на Покров — делаем церкви подарки. Хожу туда, когда душе хочется. Моя внучка бегает, бегает, а потом подходит: «Пойдем в церковь помолимся».

— Исключая политику, вы были для кого-то проблемой?

— Скажем так: в юности я был не подарок. В школе учился хорошо, но доставлял хлопот учителям. Подавал документы в военное училище, но не поступил. Работал слесарем в Гребенковском отделении сельхозтехники, где трудился мой отец. Естественно, были всякие случаи — местные разборки, драки, приводы в милицию. Такое часто происходило.

— Для многих служба в армии стала хорошей жизненной школой. А для вас?


— Я отслужил в Военно-морском флоте три года. Корабль — это морское братство, когда понимаешь, что можешь надеяться только на товарищей и на себя. Боевое дежурство в Средиземном море — далеко-далеко, как минимум, на полгода. Приходилось встречаться с американскими авиа­носцами «Сарагоса», «Джон Кеннеди», «Ин­депенденс» — 300 метров длиной. Мы восклицали: «Ох и махина!». Тогда для нас это был вероятный противник и враг. В иностранных портах, когда нас отпускали в увольнение, мы ходили пятерками — офицер, мичман и три матроса. Самих в город не отпускали. Армия заставила серьезно относиться к жизни, сделала из меня человека.

— Испытывали вы когда-нибудь чувство страха — в хоккее на льду, во время охоты на зверя, во время политической охоты на вас?

— Нет, не приходилось еще.

Михаил Назаренко (Бульвар Гордона, 06.11.2012)
Теги: загородній,  чу
 
1.   Андрій Ігорович   09/11/12 12:55    

Александром Годенюком..
Это кто такой?
С таким написанием в другой раздел сайта.


2.   Ilya   09/11/12 13:36    

Ну что ты от Бульвара Гордона хочешь? Зачем к мелочам придираться? Тут другое интересно: красочный автопортрет главного Проффесионала. :D Показывает весь "масштаб" персоны! B)


3.   Андрій Ігорович   09/11/12 13:52    

Ещё улыбнуло, как он "забежал", а потом через суд доказывал, что он весь белый и пушистый, хотя именно при кучме был заложен фундамент нынешней малоприятной действительности во главе со многократнонесудимым президентом.


Всього : 3, на сторінці: 3

 

* Ваш коментар буде доступний для редагування протягом 10 хвилин
Сторінка створена за 0.018 секунди